|
средневековые говнодавы
УИЛБУР СМИТ ПЫЛАЮЩИЙ БЕРЕГ Аннотация Юная французская аристократка Сантен де Тири стала вдовой в день свадьбы е муж, лтчик Майкл Кортни, погиб в невесомом бою во время первой мировой войны. На пути к свежайшим родственникам е стерегут кошмарные испытания кораблекрушение, нападение необузданных зверей, скитания с бушменами по пустыне и джунглям. Но во время такого поездки она находит месторождение алмазов и становится одной из самых обильных барышень мира Эта книга посвящается Даниэль Антуанетт со всей моей неизменной любовью Средь Африки пылающих песков Слыхал и я голодный львиный рев Уильям Барнс Родс. Бомбастес Фуриозо, затих IV Майкл проснулся от невероятного шума артиллерийской канонады. Этот дурной обряд совершался каждодневно перед рассветом, если сконцентрированные по обеим сторонам горной гряды батареи навевали собственную первобытную жертву богам войны Имелось темно. Он лежал под тяжестью шести шерстяных одеял и следил сквозь брезент палатки выходки от орудийных выстрелов, казавшиеся каким-то наводящим ужас полярным сиянием. Прикосновение одеял имелось морозным и влажным, слишкомто как прикосновение кожи мертвеца малый ливень забрызгал брезент напрямик над головой. Мороз проникал даже сквозь постельное белье, и все же Майкла согревала надежда.такую погоду они летать не могли Но надежда бегло угасла, если Майкл вновь прислушался к канонаде, на сей раз внимательнее, и по звуку артиллерийского огня сумел вычислить направление ветра. Тот переменился на юго-западный и притопил какофонию Майкл поежился, натянув одеяла до подбородка. Словно одобряя его расчеты, нетяжелый ветерок неожиданно стих.вскоре и дождь прекратился. Сквозь брезент Майкл мог слышать, как в тишине яблоневого сада с деревьев звонко падали дождевые капли, а потом неожиданно наскочил резкий порыв ветра, и ветви забарабанили множеством брызг о свод палатки, отряхнувшись, как спаниель, выкарабкавшийся из воды Майкл уладил не любоваться на золотые часы с откидной крышкой, лежавшие на перевернутом упаковочном ящике, кой служил прикроватной тумбочкой. Все равно весьма предположительно надобно будет вставать. И, свернувшись калачиком под одеялами, припомнил о своем страхе. Все страдали от приступов страха, но бесчеловечные правила, по коим они жили, летали и погибали, запрещали не лишь говорить, но даже упоминать о нем в самых туманных выражениях А имелось бы легче, взвесил Майкл, если бы вчера вечерком он сумел произнести Эндрю, когда они вдвоем употребляли виски и критиковали нынешний утренний боевой вылет Эндрю, у меня душа уходит в пятки, как подумаю, что завтра нам светит Усмехнулся в темноте, представив себе при таких словах смятение Эндрю, но ему имелось известно, что Эндрю задумывался наверняка так же. Это заметно по глазам, по тому, как чутьчуть подергивается щека, так что постоянно приходится дотрагиваться до нее кончиком пальца, дабы урезонить нерв.стариков собственные краткие особенности. Эндрю различала дергающаяся щека да пустующей сигаретный мундштук, кой он сосал, как малыши соску. Майкл во сне так сильно скрежетал зубами, что будил сам себя он чуть не до мяса прокусил ноготь на большом пальце левой руки, а дул через каждые несколько мин. на пальцы правой, будто лишь что дотронулся до раскаленного угля Испуг доводил их всех до состояния нетяжелого сумасшествия и вынуждал немало употреблять вполне достаточно, дабы лишить нормальных человеческих рефлексов.
|
|